«Ангелов собеседниче», или в чем нам не следует подражать святым

«Святым, иже суть на земли Его, удиви Господь вся хотения Своя в них» (Пс. 15: 3) – такими словами одна из самых любимых книг русского человека изображает значение святых для всего человечества. Через святых Господь открывает нам Свою волю о человеке, предоставляя нам пример того, каким человек должен быть по Его замыслу. Обо всем этом расскажет священник Димитрий Выдумкин.

 Мудрое действие Промысла Божия во все времена являет человечеству живые примеры достижения замысла, ибо «слова назидают, а примеры влекут». А в нашей церковной истории таких примеров великое множество. Вокруг отшельников (вспомним хотя бы преподобного Сергия) всегда формировался монастырь, вокруг добрых пастырей – умножались «овцы», великие архиереи своими миссионерскими трудами и благочестием христианизировали целые области, а великие правители освобождали им для этого новые земли. Так и «собиралась» Святая Русь. Трудом, мечом, но главное – примером. Ибо лишь святой пример в деле распространения веры силен быть проводником Божественной благодати, созидающей и сообщающей семена веры ближнему. «Стяжи дух мирен, и тысячи вокруг тебя спасутся», – так говорил об этом великий подвижник преподобный Серафим Саровский, о котором у нас сегодня пойдет речь.

В силу важности примера его всегда старались запечатлеть и сохранить для будущих поколений. Русские летописцы кропотливо описывали подвиги благочестия русских князей и монахов. Последователи великих аскетов вскоре после их блаженной кончины составляли и распространяли их жизнеописания. Так, например, ученики преподобного Сергия старательно переписывали и таким образом размножали его жизнеописание, составленное одним из них, преподобным Епифанием Премудрым. Кстати, сам Епифаний в предисловии к жизнеописанию преподобного описывает свои колебания перед написанием этого труда и тот совет, который он получил от мудрых мужей. Найдя старцев, мудрых в ответах, рассудительных и разумных, он спросил их о Сергии, чтобы разрешить свое сомнение, следует ли ему о нем писать. Старцы сказали ему в ответ: «Насколько плохо и не подобает спрашивать о жизни нечестивых, настолько же не подобает забывать жизнь святых мужей, не описывать ее, предавать молчанию и оставлять в забвении. Если будет написано житие мужа святого, то от этого будет большая польза и утешение и писателям, и рассказчикам, и слушателям; если же не будет написано житие святого старца, а знавшие и помнившие его умрут, то нужно ли такую полезную вещь оставлять в забвении и, как пучине, предавать молчанию? Если не будет написано его житие, то как узнать незнавшим его, каков он был или откуда происходил, как родился, как вырос, как постригся, как воздержанно подвизался, как он жил и каков был конец его жизни? Если же житие будет написано, то, услышав о жизни старца, кто-нибудь последует его примеру и от этого получит пользу»[1].

Итак, возможное следование благому примеру святого человека – вот та цель, которую, наряду с прославлением святого, преследовали жизнеописатели. И в этом смысле любое житие – это духовное послание, завещание, направленное к каждому христианину. Русский человек всегда так и понимал значение житийной литературы и черпал из нее примеры для своей личной жизни. И вот на этом аспекте хотелось бы остановиться подробнее.

Любое житие нужно читать с рассуждением и понимать его в контексте всей жизни святого.

Жизнеописания подвижников благочестия нужно уметь читать. Уметь в том смысле, что любое житие, так же, как и книги Священного Писания, нужно читать с рассуждением и всё, что читаешь, понимать в контексте всей жизни и учения святого. В противном случае можно превратно понять некоторые примеры из жизни святого, «поскользнуться» и шибко расшибиться.

В качестве примера уместно привести случай из жизни преподобного Серафима Саровского. В замечательном жизнеописании преподобного, составленном митрополитом Вениамином (Федченковым), описана ситуация, как Серафим (тогда еще Прохор) через два года после вступления в монастырь тяжело заболел водянкой, в результате которой он сильно распух и по большей части лежал в келье неподвижно. Настоятель монастыря, игумен Пахомий, опасаясь смертельного исхода болезни, предложил ему пригласить врача. На что «Прохор кротко ответил ему: “Я предал себя, отче святый, истинному Врачу душ и телес Господу нашему Иисусу Христу и Пречистой Его Матери; если же любовь ваша рассудит, снабдите меня, убогого, Господа ради, небесным врачевством – причастием святых Таин»[2]. Исполняя просьбу Прохора, один из старцев монастыря вскоре причастил его, после чего тот быстро выздоровел.

Сам преподобный впоследствии рассказывал, что вскоре после причастия ему явилась в несказанном свете Сама Пречистая Богородица с апостолами Петром и Иоанном Богословом, изрекла, указывая на болящего: «Сей – от рода нашего!» и прикоснулась Своим жезлом к бедру его, в результате чего в бедре образовалось углубление, куда и затекла вся жидкость. Прохор был исцелен.

Мы можем и должны подражать преподобному в твердом уповании на милость Божию.

Осмысляя это чудесное исцеление, мы можем сказать, что чудо произошло по великой вере святого и твердому, непреклонному упованию его на милость Божию. Однако можем ли мы взять этот пример как руководство к действию на случай болезни? В чем-то, конечно, да, но в чем-то, конечно, и нет. Мы можем и должны подражать преподобному в твердом уповании на милость Божию, которая, если то будет угодно Богу, исцелит нашу немощь. Должны подражать и смиренному и терпеливому несению болезни столько, сколько изволит Господь. Но не должны подражать его поступку в этом случае – когда он отказался от любой врачебной помощи. Мы так поступать не можем. И вот почему.

Как уже было сказано, любой пример из жизни святого необходимо рассматривать в контексте всей его жизни. В случае с болезнью, будущий преподобный «томил томящего его», то есть смирял свою плоть, молодую и крепкую, соделывая ее нечувствительной к греховным страстям и воздействию темных духов. По духовному действию это было то же, что ношение вериг. Духовное состояние будущего преподобного уже тогда было таково, что он духом провидел ту пользу, которую он получит от этой «вериги», и исцеление, которое придет от Бога. И это сопровождалось удивительной силой веры, терпения и мужества, которыми обладал юный Прохор.

Мы с вами вериг не носим! Не носим потому, что и так немощны и слабы, что подчас зимнее пальто кажется нам такими веригами. И как мы не носим вериги, так и в болезни мы должны обращаться к врачебной помощи, возлагая при этом, конечно, надежду на милосердие Божие, ибо исцеление – от Господа. В противном случае при ухудшении состояния мы, вероятнее всего, ослабеем в вере, возропщем, озлобимся и в результате потеряем духовный плод, который могли бы получить от болезни при умеряющем воздействии лекарств.

Автор: http://pravoslavie.ru/81060.html

назад к списку новостей